Что нового

Раньше замечание уходило — и всё: ни номера, ни ответа, ни способа узнать, что с ним стало. А без ответа непонятно, зачем их вообще писать, хотя курс правят именно по ним.

Сначала мы нарочно не показывали ученику его замечания. Теперь от этого правила отказались: ответ автора адресован вам. Кто прислал замечание, автор по-прежнему не видит.

Всё это — по замечаниям коллег, которые прошли курс «Риски проекта». Кроме неудобной пересдачи, они заметили ещё две вещи. Агент разбирал ошибку своими словами и называл верный ответ наугад. А проверка спрашивала и о темах, которые на занятии прошли вскользь, — на них люди и ошибались.

Верный ответ мы по-прежнему не называем до конца попытки, иначе вы узнали бы его ещё до пересдачи. Поэтому агент получает пояснение автора только к тому варианту, который выбрали вы. С темами, пройденными вскользь, решили не запрещать проверку, а предупреждать агента: пусть сначала к ним вернётся. Ведь «вскользь» — это оценка самого агента, а он может и ошибиться. Закрывать из-за неё проверку было бы нечестно.

Правки показываем прямо в тексте, одним столбцом: так их удобно читать с телефона. Две колонки «было» и «стало» на узком экране разваливаются. Сравниваем с тем, что вы видели, когда ставили замечание, — а не с историей правок платформы: часть правок туда не попадает. Когда вы заходили в урок, помнит платформа, а не браузер. Поэтому и на телефоне, и на компьютере видно одно и то же.

Жалоба пришла после занятия по Lean Canvas: урок кажется напористым, вопрос за вопросом, а зачем эта тема, никто не объяснил. Мы разобрались: дело не в одном уроке, а в том, как на платформе начинается любое занятие.

Агента и раньше просили сначала объяснить, зачем тема. Но взять объяснение было неоткуда: урок начинался сразу с первого тезиса, и агент шёл за указанием поконкретнее — «спроси». Поэтому объяснение, зачем нужна тема, стало отдельной частью урока. Её пишет автор, а не просит об этом в тексте указаний. Правило, которое только записано словами и никем не проверяется, не держится. Например, «предупреди перед проверкой» было написано лишь в 20 уроках из 34, хотя правило одно для всех. Цена — старые курсы пришлось дописывать.

Больше всего в сборке курса мешал путь от «увидел» до «поправлено». Поэтому начали с него. Замечание крепится к разделу урока, а не к кусочку текста: агент текст переписывает, и такие привязки съезжали бы. Закрывает замечание человек, а не агент. Если агент закрывает сам, проверка становится необязательной и незаметно пропадает.

Мы попробовали перенести карту курса «Риски проекта», и сверка отметила все десять разделов документа. Требования к разделам попали в подсказки агенту пересказом, а не дословно. И всё равно мы решили сверять дословно, как и цели урока, — только без разницы между заглавными и строчными буквами и без лишних пробелов. Сверка «примерно похоже» ловила бы ложные расхождения. И пришлось бы ещё решать, насколько похоже — это достаточно. Поэтому поправили карты, а не подсказки: у учеников подсказки уже работают.

Обычный редактор курсов, который есть на платформе, тут не помогал. Он просто не знает ни указаний агенту, ни документа курса, ни того, как платформа проверяет, готов ли курс к выпуску. Так что собранное было видно только глазами агента, по одному уроку за раз.

Править в кабинете нельзя, только смотреть. Курс по-прежнему правит агент. Редактор рядом с ним означал бы две руки в одном месте и конфликты между ними. А показывает кабинет ровно то, что получает агент, и берёт это там же. Иначе два способа смотреть на курс рано или поздно молча разошлись бы.

Мы решили проверить, доходят ли замечания до авторов, — и не нашли ни одного. Зато нашлась жалоба ученика: агент ведёт урок слишком напористо, много вопросов подряд без объяснения. Лежала она в служебной записи о занятии, которую никто не читает. А настоящие замечания мог посмотреть только сотрудник платформы.

Оказалось, агент не ошибся. Ему было велено передавать то, обо что спотыкаются многие, а жалоба одного человека под это правило не подходила. Мы это условие убрали — теперь хватает одного ученика. Иначе курс, который раздражает людей, так бы и не менялся: жаловаться некуда, читать некому.

Сначала думали нарисовать темы кружками, соединёнными линиями. Но такая схема перестраивается с каждым новым уроком — вчерашнюю картинку уже не узнать. А сотня тем превращается в паутину линий. Соты стоят на месте, а прогресс виден по заливке. Правда, на P3.express соты на соты не похожи: в каждой главе по два урока, и сдвигать ряды нечего.

Где урок не работает, видно только на живом занятии: тема не даётся, вопрос проверки двусмысленный, пример устарел. Раньше всё это так и оставалось в вашем разговоре с агентом, и авторы курса ничего не узнавали.

Спрашивать разрешения на каждое замечание — значит прерывать занятие. А отправлять молча — нарушать обещание, что разговор закрыт. Поэтому агент отправляет сам и одной фразой говорит вам об этом. Имени в замечании нет: оно про курс, а не про людей. Ограничений на число замечаний пока тоже нет — сначала хотим посмотреть, сколько их приходит на самом деле.